ИСПОВЕДЬ АГЕНТА ЛИТОВСКИХ СПЕЦСЛУЖБ (2)

0
5
- Reklama -
После интервью, литовский ДГБ угрожал Кястутису Вилкаускасу рассправиться с ним и его семьей

Гедре ГОРЕНЕ

Такой реакции, какую вызвало интервью с агентом спецслужб Кястутисом Вилкаускасом, не было, сама уже не помню сколько лет.

Реакция госбезопасности, пытающейся «тушить пожар» угрозами, запугиванием, клеветой через средства массовой информации, говорит о том, что «пакет правды» лопнул и людям из спецслужб с их грязными мундирами стало очень даже «несладко».

Они, словно стая диких зверей, начали «плясать» и вокруг редакции газеты «Карштас коментарас», и вокруг Вильнюсского исправительного учреждения № 1. Они не знают, как заставить замолчать К.Вилкаускаса и нашу газету. И понятно почему – вскоре начнётся реорганизация ДГБ, а те, чьи мундиры нынче в грязи, первыми потеряют свои должности.

Огласки какой информации так испугались коррумпированные должностные лица Литвы? Читайте продолжение нашего интервью с бывшим агентом спецслужб Кястутисом Вилкаускасом.

Как планировали государственный переворот?

– Вы упомянули, что был план совершить государственный переворот?

– Да. Осенью 2004 года готовился государственный переворот. Они стремились свергнуть президента Валдаса Адамкуса. В местечке Никронис, что в Тракайском районе, прошло совещание. В этой усадьбе и происходили все «макли».

– Кто же эти «они», стремившиеся свергнуть В.Адамкуса?

– Был Киркилас, Олякас был, министр – эта теперешняя, ну… охраны края.

– Раса Юкнявичене?

Да, Юкнявичене. Неподалёку от Тракай, в Никронисе. Руководил там Аудрюс Буткявичюс.

– Там, в Никронисе?

– Да, он там имеет дом. У меня есть весь материал о перевороте – и на кассете, и видеоматериал. Кто собрался, как хотели ликвидировать посты, как Юозас Олякас, охрана края расставит посты и т.д. Всё у меня есть.

– Тогда Валдас Адамкус уже был президентом.

Адамкуса – свергнуть.

– Кто был намечен на место Адамкуса?

– Всё есть в записях.

– Вы уверены, что у Аудрюса Буткявичюса была Юкнявичене?

Да, была. И планировала министра то ли социальной защиты, то ли хозяйства. А её родственники планировали посты в посольстве Литвы в Испании, поскольку что-то в Испании с земельными участками намечали. Ну, посольство Литвы покупает земельные участки, а потом они их перехватывают. Неподалеку от меня это было – в 88 километрах от Валенсии. Я в том регионе жил и сам все делал… Крутил с теми «бабами», заодно с Лауринкусом (бывший директор ДГБ, затем – посол в Испании. – Ред.)

– Как понимать?

– Они были моими любовницами. Работали в посольстве Литвы в Испании и я через них всю информацию получал – кто каких девок имеет и т.д. Я сам из публичного дома в посольство девок возил. Ведь в Испании «вкалывал» четыре года. Ого, в каких кругах вертелся!.. Тогда я им всем был полезен.

– Вернемся к перевороту. Итак, свергнуть В.Адамкуса…

– Против В.Ландсбергиса возбудить дела за растрату средств и за разорение Литвы… Аудрюс Буткявичюс хотел каким-то образом за деньги Борьки вернуть Паксаса, но Паксасу предлагали очень хорошее место – вроде как советника президента по каким-то вопросам… Целый список был составлен.

– Так сколько людей участвовали в этом совещании в Ниронисе?

Пятнадцать или шестнадцать. И Кястутис Вилкаускас в том числе. А как же без меня? Я ведь для этого и купил белый костюм!

– Специально для этого купили белый костюм?

Да. Давно хотел все раскрыть.

– А как Вы узнали об этих совещаниях?

– Я установил прослушивающую аппаратуру в Веркяй – есть там такой ресторан. Там на обед собираются все «сливки». И вот однажды перед обедом мои бармены установили там аппаратуру. «Этого старика нужно убрать» и т.д. Есть кассеты.

Госбезопасность очень хотела получить эти кассеты. Но я им сказал, что там плохая слышимость, так как шел дождь. Тогда, сказали, что нужно еще записать. Ответил, что не знаю. Когда они вновь там соберутся.

– Но ведь как-то узнали, когда они соберутся на обед?

– Там работала одна моя девочка. Она и сообщила, мол, сегодня есть заказ, будет Киркилас и т.д.

Я приезжаю, устанавливаю аппаратуру и жду на террасе. Они обедают, уезжают, я все собираю, оперативно делаю записи – мне это поручала и госбезопасность, и Каунасская ССР, – и везу в госбезопасность… Но эту кассету я им не отдал. Тогда я был им нужен. Они мне суды откладывали.

– Каков был Ваш статус в спецслужбах? Как вы сотрудничали? Было устное или письменное соглашение?

– Заполнялись документы. И договора были.

– Какие договора? Что Вы что-то делаете или обязуетесь что-то делать?

– Были намечены специальные модели, и я в них участвовал.

Модели бизнес-стражей правопорядка

Исчезли автоматы, похищенные из Министерства охраны края – 20 единиц. Я их сопровождаю, говорю – вот, смотрите, здесь эти автоматы. Сотрудники органов смотрят на меня: «Да, надо будет их брать…»

Приезжают ко мне «жулики» и говорят:

– Это ты, что ли, нас продал?

Я им отвечаю:

– Что-о? Вы что, дураки?

Они:

– Нам позвонили наши люди, велели прятать, сказали, что будет обыск.

Я говорю:

– Вы что, шутить любите?

Они отвечают:

– Тот «мент» был.

– Серьезно? – спрашиваю. – Вот ведь как нехорошо, меня самого выдали бы.

Вот, видите, что происходит?

Когда я уже сидел, рассказал. Что в Каунасе будет перестрелка. «Ничего не будет», – ответили мне. Однако сейчас идет – между группировками. А я еще год назад знал, что все это будет. Но нашим стражам правопорядка ничего не интересно.

Как стражи порядка «гонят» наркобизнес

– И с наркотиками была какая-то модель?

– Да. Я купил 50 кг кокаина, но нашли только один грамм почему-то. А ведь взяли 50 килограммов! Я же сам участвовал в этой модели.

– Расскажите.

Одним словом, так. В эту модель вмешался сынок какого-то сотрудника Вильнюсского ССР. А также Генпрокуратуры. Они везли наркотики, а для меня была спланирована модель – я был покупателем. “Сколько у вас есть?” “Пятьдесят килограммов”.

Я приезжаю, беру две сумки, в них – 50 кг чистого кокаина.

– А сколько заплатили?

– Сейчас не помню, мне дали, там все было подсчитано. Итак, я передаю им деньги, и сразу – гоп! – группа захвата – УБОП Каунаса их задерживает. Я как агентурный работник, являюсь тайным свидетелем «Лепа». Мне говорят: «Ты тихо, спокойно…»

Прихожу в суд. А там все сидят… Чтоб тебя!

Мне говорят: «Вилкаускас, вы купили у них кокаин». «Да, – говорю, – была модель, я помог правопорядку».

Все это происходило в Каунасском окружном суде. Судья Кишкис. Он говорит: «Так против тебя, Вилкаускас, надо бы дело возбудить». «За что? – спрашиваю. – Ведь была модель». «Да, – говорит, – но ведь разве только один грамм нашли?» «Как это? – говорю. – 50 килограммов взяли!» «Не может быть! – отвечает судья. – Ну, если уж так говорите, тогда как написано – один грамм».

Поворачиваюсь к комиссару Гурклису. «Да, да, все в порядке, – потер руками. – Молодец, Вилкаускас! Тебе премия – пять тысяч».

– Чего – литов или евро?

– Литов. А официально начислили триста литов и отсчитали из них 33 процента в госбюджет. Вот тебе и официальность…

– Но это модели полиции. А в каких моделях госбезопасности Вы участвовали?

– Я просил госбезопасность, чтобы мне представили в письменном виде, в каких моделях я с ними участвовал, но из госбезопасности никаких с ведений.

Сколько я писал Повиласу Малакаускасу (руководителю ДГБ)! Он не соизволил прийти на встречу со мной.

– Вы столько всего знаете! Для многих представляете опасность.

– Сотрудники экономической полиции Главного комиссариата полиции Каунаса, которые хотели расправиться со мной, теперь уже бывшие. И прокуроры имели свой заводик. Были люди, которые они прижали, закрыли и те изготовляли фальшивые деньги. И я вышел на эти деньги. Купил у них 100 тысяч фальшивых евро, но у них оказывается лишь тысяча евро. Те люди «рассчитываются» наличными и дальше работают…

– Так Вы сами и ответили на свой вопрос, почему ни полицию. Ни прокуратуру не волнует этот заводик фальшивых евро в Каунасе…

– И никто ничего там делать не будет, потому что Каунас «повязан». Сколько и кому я ни писал – никто не расследует. Сколько было написано Валдасу Адамкусу! Но при Валдасе Адамкусе было такое прогнившее правительство, что вообще ничего не делалось.

Я также писал и в газеты – «Летувос ритас», «Республику». Два года писал! Никто не пришел. Вообще никто. Писал всем нынешним членам Сейма – и вновь тишина.

Наркотики в тюрьме – тоже бизнес стражей порядка

– Видите вот эту жалобу? Так это моя жалоба. Завизированная, но не отправленная. Я обнаружил её разорванную в мусорном ящике. Склеил и хотел отправить в Министерство юстиции, но сейчас Вам передаю.

– Прошу сейчас же вернуть лист Вилкаускас, – приказным тоном сказал сотрудник 1-го Вильнюсского исправительного учреждения, наблюдавший за нашей беседой.

– Почему? – спросила я.

– Пусть отправляет письмом, если хочет. А передавать ничего нельзя, такие правила, – пояснил сотрудник.

– Несколько дней назад здесь были сотрудники департамента Польши, так им разрешили бумаги передать, – обмолвился Вилкаускас о том, что в 1-м Вильнюсском исправительном учреждении правила действуют не для всех.

Пришлось порванную и склеенную жалобу К.Вилкаускаса вернуть обратно (на следующий день я её получила через отдел посылок).

Это – введение к тому, что К.Вилкаускас сомневается, достигают ли адресата его жалобы, адресуемые Дале Грибаускайте.

Я хочу написать президенту Дале Грибаускайте, что надо возбудить против нескольких сотрудников уголовное дело за изготовление фальшивых денег. Кроме того, некоторые сотрудники проносят сюда, на «зону», наркотики и ими торгуют.

– Сотрудники?

– Да!

– Кто?

К.Вилкаускас посмотрел на сотрудника тюрьмы, который внимательно слушал наш разговор.

– Сейчас не скажу.

– Хорошо, тогда напишите.

– Поверьте, эти сотрудники будут выявлены. На «зоне» по улице Расу «взяли» сотрудника, торговавшего наркотиками. С моей помощью. И здесь возьмут. И не одного. Только я хочу дождаться, пока директор (1-го Вильнюсского исправительного учреждения. – Г.К.) вернётся из отпуска. Я ему кое-что обещал. Либо он их уволит по собственному желанию, либо с помощью средств массовой информации.

– Выходит, в органах правопорядка куда ни ткнешь, всюду дыры коррупции?

– Есть такой сотрудник в бюро Уголовной полиции при Департаменте полиции. Он связан с жуликами. Я получаю фотографии – он там в обнимку и с Дактарасом, и с другими. Передаю сотрудникам департамента. «Так ты, Вилкаускас, ничего конкретно не говоришь». Вот так реагировали представители Департамента полиции. Предлагаю съездить в Каунас, показать печатный станок, выпускающий фальшивые евро. Так нет, не надо.

– А чтобы свергнуть Арунаса Валинскаса с поста председателя Сейма, хватило одной фотографии…

О чем не должна узнать Президент?

– Вы пытались передать Президенту информацию о преступной деятельности наших спецслужб?

– Я написал письмо в Президентуру и получил ответ, в котором меня просили дать полную информацию. О чем информация – какие сотрудники госбезопасности её продавали, что за «макли» между прокурорами и т.д. Однако сами понимаете, такую информацию не напишешь на глазах у других. Это секретная информация и для её написания необходимо уединиться. Я пошел в библиотеку, но меня оттуда выгнали. Библиотека открывается лишь на час – с 17.30 до 18.30. 90 осужденных имеют право пользоваться библиотекой в течение часа.

Мне, по решению директора, разрешена творческая и просветительская деятельность. Так что я мог бы писать, но не имею где. Мне постоянно угрожают, что, если я буду писать и общаться с журналистами, то меня поместят в штрафной изолятор.

– Так чего они боятся? Что Вы хотите передать Президенту?

– Наша госбезопасность и Генпрокуратура задумала такой бизнес – они хотят нелегально поставлять оружие в Афганистан.

– И кто это задумал?

– Я сейчас вам не назову фамилию этого сотрудника Департамента государственной безопасности (К.Вилкаускас кидает взгляд на близсидящего сотрудника тюрьмы), но это задумано в Департаменте госбезопасности. Они готовят все документы и от имени моей организации, планируют открыть в Афганистане школу и отмыть деньги.

– В том смысле, что под прикрытием школы?

– Да, да. Я получаю из посольства Афганистана, что всё в порядке, что надо согласовать какие-то данные о моем предприятии… Да, они в Афганистане начинают отмывать деньги.

– Так вы «сидите» здесь, а они…

– А они через мое предприятие отмывают деньги. Тут то же, что и в Нигерии, где также крутят деньги от моего имени. И как вы думаете, что на мои письма в госбезопасность отписывает Генпрокуратура? Вы не верьте Вилкаускасу, так как он лжец.

– Так может быть, Генпрокуратура, обвиняя Вас во лжи, пытается прикрыть или выгородить кого-то?

– Да. Я сам передал в Департамент полиции записи, где один заместитель генерального прокурора взял взятку в размере 10 тысяч евро. Они сами совершают преступления, а я должен здесь сидеть. Я могу помочь государству выявить стражей порядка, совершающих преступления, но этот путь мне закрыт.

Не знаю, что теперь мне будет, но я им сказал: «Уйду, но и вас утоплю за собой».

– В «Искусстве войны» Сун Тзу одно из основных правил гласит: «Если тонешь, то постарайся как можно больше потопить вслед за собой».

Так какой заместитель генерального прокурора взял взятку в размере 10 тысяч евро и за что?

Продолжение следует

2009-10-23

- Reklama -

KOMENTUOTI

Įrašykite savo komentarą!
Čia įveskite savo vardą